Алексей Бакай-младший: «Отец неравнодушен к тому, как живет Бердянск, потому, что это — его город»

Беседка

В последний месяц бердянцы все чаще обсуждают — что же привело Алексея Бакая к согласию участвовать в выборах на должность городского головы Бердянска через 12 лет после предыдущего мэрства? Все эти годы рядом с ним были два сына, которые, как никто иной, знают отца. «Деловой» встретился со старшим сыном Алексея Бакая — Алексеем Алексеевичем — чтобы выведать у него некоторые семейные тайны.

— Алексей, Вы закончили Бердянское медицинское училище. Вы хотели стать медиком?
— Мне нравились гуманитарные науки, биология, я считал, что это мое. Училище окончил с красным дипломом. Это было в 1994 году, как раз тогда, когда мой отец впервые баллотировался на пост городского головы. Я очень хорошо помню, как вышел с дипломом из медучилища, меня поймали репортеры, навели на меня камеры и стали спрашивать, что я могу сказать о своем папе? Я ответил тогда что-то вроде того, что мой папа самый лучший, и я его очень люблю! И сегодня готов повторить эти слова.

— Вы работали по специальности?
— Да, я несколько месяцев работал фельдшером в пионерском лагере в Новопетровке. После этого собирался поступать учиться дальше, мне нравилась профессия медика. Но время было сложное, на фоне развала всей этой системы нужно было не ошибиться и принять правильное решение. Отец тогда помог мне. Я спросил его: «Кем бы ты хотел быть, если бы не стал водителем?», и он мне сказал, что непременно стал бы юристом. Эти слова оказали существенное влияние на мое решение. Я очень благодарен отцу за это. Я поступил в Национальную юридическую Академию им. Ярослава Мудрого в Харькове, где пять лет отучился на следственно-криминалистическом факультете. После чего меня пригласили в аспирантуру, через два года защитился, стал кандидатом юридических наук. Мне было тогда 25 лет. Я отработал положенное по контракту время — преподавал экологическое право и параллельно занимался делами семьи, бизнеса.

— Как раз в то время, когда Вы учились в Академии, Ваш отец руководил Бердянском. Вы были сыном мэра. Вы как-то ощущали это на себе?
— Я, конечно, не мог этого не ощущать. Хотя, смело могу сказать, что не злоупотреблял положением отца. Я вел себя достойно и уверен, что отцу не было стыдно за меня, что он мной гордился. Вообще у нас никогда не было проблемы «отцы и дети», мы всегда находили взаимопонимание с отцом. Большую роль сыграло в этом наше общее хобби — охота.

— Многие считают, что охота — забава для богатых. Что для Вас охота?
— Это ошибочное мнение, охотой увлекаются люди разного достатка — и сельские жители, и горожане. И охота, прежде всего, общение — с природой, с людьми. Именно отец привил мне страсть к охоте, и сейчас, я, пожалуй, более заядлый охотник, чем он. Приобщив меня к охоте, отец решил сразу несколько задач: во-первых, научил меня общаться с природой, во-вторых, у меня появилось настоящее серьезное увлечение. Оно заставляет быть очень ответственным, ведь в твоих руках — оружие. И, в-третьих, у нас появилось больше времени для общения.

— Отец для Вас кто: авторитет? Друг? Советчик? Как он воспитывал Вас?
— В разные периоды жизни чувства были разные. Надо понимать, что Алексей Анатольевич сам по себе сильный и властный человек, который не может не оказывать влияния. На определенном этапе моей жизни, когда я был подростком, отец, возможно, и использовал какие-то авторитарные методы воспитания, но они дали положительный результат. У отца, конечно, есть такая черта, он уверен, что все должно быть так, как он считает правильным, что он является истиной в последней инстанции. С одной стороны такая категоричность может быть хорошей чертой, с другой стороны — плохой. Тут важно чувство меры…

— У Алексея Анатольевича есть такое чувство?
— Он уверен, что есть. Мне, когда я был молод, казалось, что он излишне контролирует нас, хотя он всегда говорил, что мы должны быть самостоятельными. И сейчас повторяет это. И, знаете, чем больше я жил, наблюдал за жизнью, за поведением людей в разных ситуациях, приобретал свой собственный опыт, убеждался, что отец чаще всего оказывался прав, и нужно было делать так, как он говорил. А сегодня, когда мне исполнилось 33 года, когда я перешел определенный переломный рубеж, я уже не во всем с ним согласен, и считаю, что он мог бы в каких-то ситуациях вести себя по-другому. Возможно, ему это не очень нравится. Но, у меня у самого уже полуторагодовалая дочка, и я сам начинаю вникать в процесс воспитания — что такое быть отцом, как правильно поступать…

— Иными словами, отец чаще всего не давал Вам право выбора?
— Он давал мне выбор, но определял диапазон этого выбора. Человек, не понимающий этих границ, думает, что перед ним большое пространство выбора, но, когда начинаешь сам принимать решения, понимаешь, что это не одно и то же. Сейчас, когда я уже самостоятельный человек, я сам принимаю решения, но стараюсь с ним советоваться, для меня это очень важно.

— То есть, до какого-то определенного периода отец вел Вас своей волей?
— Скорее, мы на него равнялись. И это нормально. Потому что, он равнялся на своих родителей. Есть такой шаблон, поведенческий стереотип — мы повторяем своих родителей, являемся их зеркалом, слепком, можно сказать.

— Вы сейчас живете в Киеве, чем Вы занимаетесь, где работаете?
— Я работаю в компании «Укртрансгаз», в той компании, в профсоюзе которой работает отец, возглавляю отдел имущественных и земельных правоотношений. Сфера моей деятельности — это правовые вопросы, связанные с имуществом, недвижимостью, землей государственного предприятия «Укртрансгаз».

— Что для Вас Ваша профессия: отдушина, реализация Ваших стремлений? Вам нравится Ваша работа?
— Мне нравится то, чем я занимаюсь, мне нравится компания, в которой я работаю, но я считаю, что это определенный переходный этап моего развития. Дальше — жизнь покажет, главное, чтобы душа и разум были едины в выборе какой-то цели. Когда-то, когда я поступил на работу, мне казалось, что это — потолок, что я буду заниматься этим всю жизнь. Но, проработав там уже семь лет, вникнув, я понял, что существуют этапы роста. С рождением ребенка мои приоритеты существенно изменились. У меня нет задачи, например, стать президентом. Думаю, я нахожусь на том этапе развития, который часто именуют неуклюжим термином «кризис среднего возраста». Я формирую новые задачи, и задачи эти, в основном, духовного характера. Это период переосмысления ценностей, я подвожу определенные итоги. А в целом, главное, чтобы близкие не болели, и чтобы всегда с ними было взаимопонимание.

— Чего Вам не хватает для счастья, или Вы счастливы?
— Да, у меня есть семья: жена, дочь. Я счастлив в семейной жизни. В материальном отношении, это вопрос относительный. Я считаю, что живу в достатке, но это не означает, что я остановился на достигнутом. Как любой нормальный человек, я хочу жить еще лучше. Не в том смысле, что мне нужен определенный счет в банке, просто приятно ставить перед собой какие-то цели и достигать их, и радоваться при этом текущему моменту и промежуточным успехам.

— А что Вас больше всего радует в жизни?
— В данный момент — семья и, особенно, дочь.

— Ваша семья владеет сетью заправочных станций. Вы имеете к этому отношение, это Ваш совместный бизнес?
— Да, это наш семейный бизнес, я имею к нему отношение, потому что я начинал этот проект, строил первую станцию (сегодня их три), потом подключился младший брат Дима, он уже занимался строительством второй и третьей станции.

— Чья это была идея вложить деньги в сеть заправочных станций?
— Мы работали в «Укртрансгазе» и видели, что есть рынок, есть дефицит, что это перспективно. Сориентировались и решили реализовать это направление.

— Говорят, что Вашим заправочным станциям нет аналога в Украине. Это так?
— На тот момент, когда строился первый объект в Луначарском, так и было, поскольку это был первый комплекс в Украине, совместивший в себе все виды топлива. После нашей появились еще две станции, совместившие в себе все виды топлива, разрешенные на Украине. Потом снова изменились нормы, и сейчас это не разрешено. Но сейчас мы уже и не идем в этом направлении, гигантомания закончилась. Наши амбиции были реализованы на первом проекте, теперь мы смотрим, что будет востребовано в коммерческом направлении.

— У Вас еще есть гостиничный комплекс «Алекс клуб» и ресторан «Ретро». Это тоже сфера приложения усилий Вашей семьи?
— Да, это объект, который мы построили, в частности, я занимался этим проектом. Не то, чтобы нам всегда хотелось иметь ресторан, просто мы использовали по направлению имеющиеся площади, привели их в порядок. А поскольку строить плохо мы не умеем, то получился, как мне кажется, неплохой объект — выше среднего уровня.

— Какие у Вас планы по использованию имеющихся свободных площадей?
— Мы окончательно еще не определились, но у нас есть несколько направлений, которые мы обговаривали. Между рестораном «Ретро» и гостиницей есть свободная площадь, которую можно использовать под офисный центр, например. Или же дополнить общий комплекс: открыть там фитнесс-клуб или SPA-салон, то, чего так не хватает в Бердянске.

— Вы сказали, что все, что вы строите, вы строите хорошо, то есть, добротно, прочно, надежно. Откуда это пришло?
— Это все от папы. Это его воспитание. Мы стараемся строить надежно и добротно, но, возможно, это не всегда получается, со стороны видней. Но подход именно такой: сделать один раз и качественно, чтобы не возвращаться к этому вопросу.

— Отец часто ругает Вас?
— Позиция отца — воспитывать нас в строгости. Но мы-то знаем, что он нас любит. Хвалит один раз в год — в день рождения :).

— Вы видите, как развивается Бердянск, что происходит в городе, как Вы считаете, что Алексей Анатольевич может дать Бердянску такого, какого не может другой кандидат в мэры?
— Во-первых, я не могу давать какую-то оценку деятельности тех людей, которые были на посту мэра или исполняли его обязанности за то время, пока отец был в Киеве. Я могу сказать лишь как человек, который приезжает периодически в родной город, и наблюдает за этим процессом. Сказать, что, если мэром будет Бакай, сразу все будет класс, и сразу все увидят положительные изменения, было бы не правильно. Я могу сказать о потенциале отца, о том, что он действительно может дать то, чего не могут дать другие. Я просто знаю, что он может, на что он способен. Решение тех проблем, на которых держится основная жизнедеятельность города: дороги, вода, энергоснабжение, — для него не представляет сложности. Он умеет решать стратегические задачи. Сегодня, с тем опытом, который отец имеет, он уже управленец другого калибра.

— Сейчас многих интересует вопрос, зачем это Алексею Бакаю? Ведь он самодостаточный, состоявшийся, обеспеченный человек, зачем ему мэрство?
— Людям, наверное, будет удивительно узнать, что он просто неравнодушен к тому, как живет Бердянск, потому что это его город, его юности, молодости, зрелости. По большому счету, эти проблемы не сулят ему ничего, кроме потери здоровья. Денег заработать? По этой причине многие идут во власть, но не мой отец. С его уровнем связей он может зарабатывать деньги другими способами, а, не решая проблемы водовода, мусора и так далее. Ведь, по сути, мэр — это большой завхоз, и наша проблема в том, что мэрами у нас чаще бывают политики и предприниматели.

— Какой опыт Алексей Анатольевич приобрел, работая в Киеве? Вы назвали его управленцем другого калибра, что Вы имели в виду?
— Когда отец переехал в Киев, то ему доверили предприятие «Укрнафтагазкомплект», бюджет которого превышал бюджет города раз, наверное, в десять. Это уже о чем-то говорит. На тот момент он был одним из четырех человек, управляющих нефтегазовым комплексом Украины. Отец — системный, ответственный, обязательный человек, деятельный, и, в конечном итоге, результативный.

— Если говорить о чертах Вашего отца, Вы могли бы назвать пять главных, которые выделяют его среди других людей?
— Он очень обязательный человек, волевой, мудрый, способный держать удар. Есть еще одна черта — педантичное отношение к чистоте и порядку, у него все всегда должно быть на своих местах.

— Как Вы объясните, почему Ваш отец всегда возвращается в Бердянск, в то время как мог бы прочно обосноваться в Киеве или в какой-то европейской стране? «Райский уголок», сеть заправок, «Алекс-Клуб» — почему деньги везлись в Бердянск, маленький провинциальный город?
— Мне тяжело ответить на этот вопрос с точки зрения психологии. Почему у людей возникает ностальгия за рубежом? Почему тебя тянет в конкретное место, где тебе хорошо? Отцу здесь хорошо. Это его родина. Мы много раз говорили с ним о том, что инвестиционная привлекательность Бердянска совсем иная, по сравнению с тем же Киевом, например. С точки зрения бизнеса, все вложения в тот же «Райский уголок» абсурдны. Мы понимаем, что с точки зрения бизнеса, стоит дождаться максимальной пиковой рентабельности или максимальной капитализации объекта и выгодно его продать. Но никому даже в голову не приходит предложить Алексею Анатольевичу подобное, потому что это его отдушина. Он хочет созидать, он — творец.

— А почему детский лагерь? Почему «Райский уголок», а не какой-нибудь коттеджный городок, например?
— С самого начала, когда мы приобрели этот объект в Фонде госимущества, нужно было соблюдать требование сохранять профиль. А потом постепенно втянулись, привыкли к детям, которые каждый год приезжают. Мы не жалели денег, делали все по-человечески. Приятно видеть, когда детки, уезжая и прощаясь, искренне плачут. Знаете, мы и сами плачем вместе с ними... Лагерь существует восемь лет, и есть дети, которые приезжают все эти годы подряд, взрослея. Это денег особо не приносит, но мы уже не хотим менять профиль. Так сложилось, я думаю — это судьба.

— Алексей Анатольевич собирается баллотироваться в мэры Бердянска в такой непростой ситуации, что Вы ощущаете: тревогу, опасность, гордость? Ведь это очень серьезный этап в его жизни…
— Да, это так, но это его выбор. Думаю, ему еще не раз придется отвечать на этот вопрос. Я же говорю от имени семьи. Мы были даже удивлены, узнав о его решении. Потому что мы не раз обсуждали то, как слишком болезненно он воспринимает все, что происходит в городе. Мы много раз говорили о том, что, въезжая в Бердянск, не нужно так реагировать на то, что бордюры кривые и трава некошеная. Что есть люди, которые брали на себя за это ответственность перед избирателями, и не нужно себе портить нервы из-за этого. Но, видимо, корни оказались сильнее, и были причины, по которым он принял это решение. Семья нелегко восприняла это решение отца, но мы уважаем его выбор. Я думаю, что он знает, что делает. Единственное, о чем мы переживаем, о том, что отец такой человек, который имеет привычку эмоционально пропускать все через себя и слишком переживать за дело. А дела в Бердянске здоровья никому не прибавляют... ■

Досье «Делового»

Алексей Алексеевич Бакай родился в Бердянске в 1976 году. Окончил СШ №2, Бердянское медицинское училище, следственно-криминалистический факультет Харьковской Академии им.Я.Мудрого. В настоящее время возглавляет отдел имущественных и земельных правоотношений компании «Укртрансгаз», Кандидат юридических наук, работает над докторской диссертацией.